Аркадий Аверченко — Среди бела дня: Рассказ

Недавно в час ночи я прошелся по неосвещенной темной, как чернила, севастопольской улице.

Совершеннейшая пустыня: ни одного милиционера, ни одного стражника, ни одного… не знаю, кого еще, нас охраняющих.

«Странно, — подумал я, — раз нет ни одного милиционера, то должны быть грабители. Где же они?».

Я прекрасно знаю, что природа не терпит пустоты: нет милиционера, пустое место должен заполнить грабитель.

И однако я прошел часть Екатерининской, почти всю Нахимовскую улицу — и ни одного грабителя.

Это меня чрезвычайно обеспокоило: всегда немного страшно, когда извечный непоколебимый закон природы начинает колебаться.

Нормально — нужно, чтобы было так, — на одном из поворотов улицы из-за киоска или из-за темного дерева вышла бы неясная тонущая в непроглядном мраке фигура, приблизилась бы ко мне и прохрипела традиционное: «дозвольте прикурить!», а затем бы сорвала часы с цепочкой — и давай-Бог ноги…

А если их двое или трое, то есть уже солидная, хорошо поставленная антреприза, то и способ применяется более научный и менее кустарный. Один с деланной беззаботностью, посвистывая, обгоняет меня, двое других держатся сзади. Затем в наиболее темном, глухом месте хватает простодушного прохожего — один за правую руку, другой за левую, а третий перегнавший меня, как на шарнирах, поворачивается лицом ко мне — и раз, два, три, четыре — и я без кошелька, бумажника, кольца, часов беззаботно прислушиваюсь к шуму удаляющихся шагов…

Вот так это делается в нормальном благоустроенном государстве.

А тут — мне даже жутко стало — ни одного грабителя!

Куда же они подевались? Не раскаялись ли они в своих заблуждениях? Не поступили ли в воскресную школу при евангелической общине?

И только в полдень на другой день вся эта загадочная история раскрылась перед моими духовными очами.

* * *

Навестил я одну приехавшую в Севастополь артистку. Смотрю — глаза красные.

— С дороги утомились?

— Какое! Плакала.

— Кто же вас так обидел?

— Верите ли, все! Весь ваш анафемский и ужасный Севастополь. Меня ограбили.

— Ну, уж неправда, — возразил я. — Вчера я как раз шел поздно ночью по ужасным, темным, пустынным улицам — и что же? Ни одного грабителя! Ни малейшего поползновения на мой кошелек!

— Как вы думаете, сколько стоит этот номер?

Я обвел взглядом плохо меблированный пыльный номеришко третьеразрядных меблированных комнат.

— Рублей 20 содрал?

— 75! А извозчик с вокзала взял сто рублей. А в кафе за какие-то помои, называемые глясе, несколько пирожных и порцию мороженого сняли с нас 88 рублей. А обед с бутылкой лимонада обошелся в 90 рублей. А вообще за два дня мы здесь прожили вдвоем тысячу двести, а в месяц это получится свыше 36 тысяч, а в год — более 400 тысяч! А мы зарабатываем ровно в десять раз меньше. Ограбили нас, голубчик вы мой, совершенно ограбили — и за каждое ограбление даже счет подавали. Вон, видите, все счета лежат — и за комнату, и за кофе глясе, и за обед… Только извозчик грабил без счета, без гербовой марки.

И тут-то и раскрылись мои духовные очи…

Как сказал поэт:

И зримо ей в минуту стало
Незримое с давнишних пор.

Понял я тут, почему ночью на глухой темной улице не было ни одного грабителя.

Нет, не раскаялись они, не в воскресную школу поступили, а просто переменили профессию — захватили себе магазины, рестораны, меблированные комнаты, гостиницы и фаэтоны — и пошли работать среди белого дня без отмычек, фомок и сапожных ножей.

И повальный грабеж идет без криков, брани, грубых жестов: залез дневной грабитель грязной лапой в чужой карман, вынул сторублевку — и пожалуйте счетик, снял часы, кольцо — еще выдал счетик с гербовой маркой, со своей подписью, даже с указанием адреса фирмы, чтобы помнил, каналья ограбленный, где, как и за что его обобрали…

Помните, раньше было такое выражение, которое повторяли машинально, бессознательно, не вдумываясь в его смысл:

— Да это же дневной грабеж!

Тогда не понимали, теперь понимаем.

А я-то, простодушный старомодный чудак, шел ночью по улице города и недоумевал: а где же грабители?

Рукавицы искал всюду, а они — за поясом!

Теперь подумайте, как стало удобно жить среди нас одной избранной части населения: раньше топчись целую ночь в темном переулке, поджидай запоздалого прохожего, да еще он, каналья, может быть вооружен — подстрелит и полиции сдаст, потом в тюрьме гнить придется. А то скупщик краденого обсчитает… А теперь всё вежливо, всё культурно…

А в это время благожелательное начальство печется о благе обывателей: и милицию оно организует, и стражу комплектует, и уголовное отделение с самыми опытными Шерлок Холмсами открывает.

И будет вся эта публика зря топтаться по безлюдным ночным улицам в поисках грабителей и, если раз в месяц поймает одного заезжего преступника, то будьте покойны, этот одинокий грабитель просто еще не успел открыть ресторан или заняться извозом. Дайте же ему обрасти шерстью — через месяц-другой он уже у себя в отеле будет выдавать счета с гербовой маркой за похищенную у постояльца сумму, избавив сыщиков от лишней работы.

Дожили мы до времени, когда наша жизнь напоминает плохую «сильно комическую фильму», когда десять полицейских гонятся за грабителем, а он, примостившись у них же за спиной, покуривает украденную сигарету.

УжасноПлохоНеплохоХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Понравилась сказка или повесть? Поделитесь с друзьями!
Категории сказки "Аркадий Аверченко — Среди бела дня":

Отзывы о сказке / рассказе:

  Подписаться  
Уведомление о
Читать сказку "Аркадий Аверченко — Среди бела дня" на сайте РуСтих онлайн: лучшие народные сказки для детей и взрослых. Поучительные сказки для мальчиков и девочек для чтения в детском саду, школе или на ночь.