Даниил Петров — Дом, в котором горел свет: Сказка

Нас было двое, я и мой друг Матвей. Мы держали путь в город Урус. Там нам обещали работу. Местному торговцу нужны были помощники, которые должны были сопровождать товары, спускаемые на плотах по реке к морю. Работа опасная, но за нее очень хорошо платили.

Мы опаздывали к назначенной дате и очень спешили. Дорога ведущая в город делала большой крюк, вдоль леса. Мы решили рискнуть и пройти через лес. Так мы рассчитывали сократить время пути на пару дней и прийти в город раньше назначенного срока. Лес пользовался дурной славой. Говорили в лесу без вести пропадали люди. Через него давно никто не ходил, из-за страха не вернуться. Мы не боялись леса. Лес был для нас с Матвеем родной стихией. Мы жили в лесу со зверями дольше, чем в городе с людьми. Но решение пройти через лес, стало роковой ошибкой, стоившей жизни моего друга, а возможно и моей.

Первый день прошел хорошо. Мы преодолели большой путь и стали подыскивать место для ночлега. Когда уже стемнело, мы набрели на поле посреди леса. На поле стоял одинокий дом. Вокруг дома не было ни забора, ни каких других построек. В наших землях хороший лесной хутор отличал высокий забор, большой амбар, конюшня и хлев для скота. У этого дома ничего этого не было. Отдельный дом в лесу мог принадлежать леснику. Но этот дом был слишком большой для лесника. На охотничий дом он то же не был похож. Внешняя отделка дома говорила о том, что владели им зажиточные хозяева. Мы решили, что нас и на порог такого богатого дома не пустят.

Мы подошли к дому. В доме на первом этаже горел свет. Но хозяев не было видно. В доме было тихо. Мы постучались. Никто не ответил. Мы заметили, что входная дверь открыта на распашку. Мы вошли и стали звать хозяев. Опять никакого ответа не последовало. Никаких признаков присутствия людей. Мы немного постояли. Я предложил уйти. Но Матвей пошел к освещенной комнате. Этой комнатой оказалась гостиная. Людей в ней не оказалось. Освещена комната была свечами. Свечи висели на стенах, стояли на полу. В середине комнаты стоял богато накрытый стол. Стол просто ломился от всевозможных яств.

Мы не смогли устоять от вида кушаний и источаемого ими аромата. После длительного перехода, в котором мы ели только сухари и и ягоды, собранные по дороге, мы готовы были съесть что угодно. А тут нам представилась возможность насытиться изысканным блюдами и запить все благородным вином. После продолжительной трапезы, мы так и не дождавшись хозяев дома, решили поискать места для ночлега. Взяв по подсвечнику мы перебрались на второй этаж. Там каждый из нас нашел по приготовленной кровати. И долга не размышляя о случившемся мы заснули.

Утром мы проснулись рано. Хозяева дома так и не появились. Мы плотно позавтракали остатками ужина. Кое что отложили в свои дорожные мешки на обед. Сказали спасибо этому дому, поблагодарили неизвестных нам хозяев и пошли дальше в путь. За этот день мы прошли большой путь. Мы съели остатки принесенных продуктов из загадочного дома. Снова есть сухари и ягоды мы не хотели. Мы стали вспоминать о вчерашнем ужине, о мягких постелях, о гостеприимном доме. Как нам не хватало сейчас этого дома. Но как только мы об этом подумали, перед нами показалась знакомое поле, на котором стоял знакомый дом. В доме на первом этаже горел свет. Мы не поверили своим глазам. Этот дом и это поле должны были остаться далеко позади нас.

Мы вошли в дом. Хозяев не было. Дом опять был пуст. В гостиной снова горел свет. Стол был роскошно накрыт, как и прошлой ночью. Мы молча принялись за еду. Каждый обдумывал случившееся. Меня мучило два вопроса, как мы могли так сбиться с пути, и кто накрыл стол? Попытки заговорить с Матвеем ни к чему не привели. Он долго молчал, затем сказал, что надо идти спать, завтра рано встаем и выдвигаемся в путь.

Переночевав и позавтракав, мы отправились в путь. Мы шли по тем же местам, что и вчера. Я не мог понять как мы могли вернуться к дому. Ориентир держали по солнцу. Я достал свой компас и сверял наш маршрут по нему. Мы двигались предельно быстро и прошли в раза два дальше чем вчера. Ландшафт местности поменялся. Стало больше хвойных деревьев. Лес стал чище. Кустарников меньше. Местами из земли выперли горные валуну. Мы приближались к горам. Для нас это означало, что город близко. Мы сделали привал. Перекусив и немного отдохнув мы двинулись в путь. Настроение наше улучшилось. Мы стали со смехом вспоминать странный дом. Что никто не поверит тому, что с нами случилось. Кто поверит, что в лесу стоит пустой роскошной дом и кормит всех желающих как в дорогих тавернах. Пройдя еще немного мы стали искать место для ночлега. Рассчитывать на такой ночлег как в прошлую ночь мы не мечтали. Впереди, среди деревьев показался конец леса. Мы вышли из леса и оказались на поле, на котором стоял дом, на первом этаже дома горел свет.

Мы сидели за столом и ужинали. Продолжать путь в город не имело смысла. Потеряв два дня в пути, при этом устав от бесконечных переходов, прийти в город к сроку мы не успевали. Обещанную работу наверняка отдадут другим. Желающих на такое место всегда предостаточно. Мы решили пожить несколько дней в доме. Отдохнуть. Разузнать что здесь происходит, а затем двинуться в обратный путь. Мы рассчитывали встретить хозяев дома, если будем в нем днем.

Прожив в доме несколько дней мы поняли, что находимся в безвыходной ситуации.  Дом по прежнему принимал нас радушным гостеприимством. Каждый вечер в мгновение ока, со стола исчезала грязная посуда и остатки недоеденной пищи, и стол вновь ломился от превосходной еды. Недостатка в еде и комфорте мы не испытывали. Но нам хотелось получить разъяснения. Никакие хозяева дома за это время так и не объявились. Мы переворошили весь дом. В нем не было никаких бумаг, указывающих кто хозяин этого дома, или кто жил в этом доме до нас.  Не было никаких личных вещей, прежних жильцов. Дом стал нам напоминать гостиницу. И скоро мы поняли почему, когда обнаружили новую тайну дома.

Приближалась зима. На улице становилось все холоднее. Для обогрева дома мы рубили дрова в лесу. Принесенными дровами мы топили единственный камин, расположенный в гостиной. Первый раз мы заготовили дрова с большим запасом. Растопили камин. Во всем доме стало тепло. Проснувшись утром, мы решили вновь протопить камин, но остатки дров исчезли. Мы принесли еще дров. И на следующее утро, дрова вновь исчезли. Мне пришла идея нарвать букет цветов. Я поставил цветы в вазе на стол в гостиной. На следующее утро, ваза стояла пустая. После этого мы с другом натащили всякого мусора в дом, который нам удалось найти. Мы принесли травы, веток,  листьев, камней.  Разбросали все по дому, и легли спать. Утром дом был чист. Мы не нашли ни одного предмета принесенного нами в дом. Тогда мы поняли, что если до нас в этом доме, кто-то и жил, мы все равно ничего не найдем.

Но мы ошиблись. Кое-что мы нашли. Вначале мы перевернули и осмотрели всю мебель, шторы, ковры. Пересмотрели все закутки, стены, двери, полы и потолки. Осмотрели дом снаружи. Залезали на чердак. Спускались в подвал. Ничего особенного не было. Только стол в гостиной  мы почему-то не трогали. Возможно из-за того, что он всегда был заставлен посудой. После очередного плотного ужина, я решил сдернуть скатерть со стола. На поверхности стола был нацарапан текст. Текст был большой. Буквы были кривые и мелкие. Видимо их нацарапали кухонным ножом или вилкой. Вот содержание текста: «Меня зовут Стив. Я узник этого дома. Я не могу его покинуть уже семь лет. Я завишу от него, одновременно люблю и ненавижу его. Тайна дома в том, что как бы ты далеко не ушел из этого дома, стоит пожелать вернуться в него, как дом появится перед тобой. А желание вернутся появляется всегда, как бы ты не противился этому. Я уходил из дома несколько сотен раз и всегда возвращался. Стоило мне на мгновение вспомнить о вкусной еде или мягких постелях, как я оказывался рядом с этим ужасным домом. Если вы читаете этот текст, то я либо вернулся домой, либо умер». Помимо этого текста, было множество других приписок, выведенных разными людьми. Содержание подписей было одинаковое, состояло из имени, проведенного времени в доме, и число побегов. Иногда время было зачеркнуто и написано новое. Также менялось число побегов. Один человек по имени Петр прожил в доме одиннадцать лет и сделал 713 попыток побега. В конце он подписал, что собирается покончить жизнь самоубийством, не в силах терпеть одиночество и безысходность.

Мы обсудили с Матвеем найденное послание. Содержание послания надломило меня. Я отказывался что либо предпринимать. Я решил жить в доме и ничего не делать до своего спасения. По крайней мере пока. Матвей наоборот решил во что бы то ни стало покинуть дом. Он верил в свою силу воли. Он говорил, что не будет желать вернутся в этот дом обратно. Пока он еще помнит своих близких, у него есть стимул действовать. На следующий день он ушел. Он не появился ни к вечеру, ни на следующий день. Я ликовал. Это означало, что из дома можно уйти, если очень этого захотеть. Прошел еще один день. Я ободренный случившемся стал планировать свой побег из дома. Я выбирал маршрут. Попытаться вернуться домой, или идти в город, что бы сесть там на любой корабль и уплыть подальше от этих мест. Выбор пал на возращение в родной поселок. Путь ближе. Проще настроить себя не думать о проклятом доме. Лучше идти в сухую и теплую погоду. Идти будет легче, меньше устанешь, и не будет желаний прилечь и отдохнуть на удобной кровати на втором этаже дома. С приближением зимы на такую погоду рассчитывать не приходилось. Но если завтра будет сухо и солнечно, это лучший шанс для побега.

Но побег не состоялся. Вечером в дом вернулся Матвей. Он был ранен и истекал кровью. Как он объяснил, на него напали волки. Все эти дни он бродил по лесу. Один раз вернулся к дому. Но не стал в него заходить и снова двинулся в путь.  Неожиданно он наткнулся на стаю волков. Усталость и голод не позволили ему отбиться от них. Когда волки на него напали, он пожелал вернутся в дом, и побежал. Дом ждал его через сотню шагов. Он уверял, что это дом заставил волков напасть на него, иначе он сюда не вернулся. К утру Матвей умер. Похоронить друга я решил за домом. Лопаты в доме не было. Я взял серебреный поднос, и выкопал им неглубокую могилу. Могила Матвея оказалась не единственная за домом. Их здесь были десятки, если не сотни. Некоторые захоронения были очень старые. Я поймал себя на мысли, что поле вокруг дома идеально подходило для кладбища, потому что оно не зарастало ни кустами, ни деревьями, хотя вокруг был дремучий лес.

Подходила к концу зима. За долгие зимние месяц я много раз пытался сбежать из дома. Но всегда возвращался. Холод, снег и ветер делали свою работу. Теплой одежды у меня не было, ведь мы отправились в путь еще летом. После долгих блужданий по лесу, я промерзал до костей, и всегда возникало желание вернутся в проклятый дом и отогреться. За желанием, появлялся и сам дом. Во второй половине зимы, когда метели усилились, я прекратил свои попытки к побегу. Я стал ждать тепла, рассчитывая что тогда мне повезет больше. Когда был жив Матвей, в доме жить было легче. Сейчас я готов был биться головой о стену от одиночества. Если днем, я был занят заготовкой дров, то по ночам становилось жутко. Короткие зимние дни и длинные холодные ночи. Как я ждал весны и тепла.

К весне я совершил еще одну попытку побега. Попытка была самая дерзкая. Я продумал все свои действия и у меня должно было все получиться. Я был уверен что этот проклятый дом исчезнет из моей жизни навсегда. Я решил сжечь его до тла, а затем отправится в путь. Будь что будет. Лучше пусть меня загрызут в лесу волки, чем вечное одиночество. Я с утра натащил в дом дров и поджег их. Дрова разгорелись быстро. Вместе с дровами разгорелся и весь дом. Огонь поднимался вверх до неба. Мне казалось, что дом издает непонятные звуки, то ли стоны, то ли вой. К полудню все было кончено. От дома остались лишь угли. Только камин с трубой возвышался над пепелищем. От стола, который долгие месяцы кормил меня, не осталось и следа. Кое где попадались остатки оплавленной металлической посуды и подсвечники. Я побродил вокруг остатков дома и отправился в путь. Мне стало тоскливо. Какая-то непонятная грусть нахлынула на меня. Я шел весь день не разбирая дороги. К вечеру я вышел на знакомое мне поле. Посреди поля стоял знакомый дом, на первом этаже которого горел свет. Я обошел дом. Никаких следов дневного пожара не было. Дом стоял как новый. Я вошел в дом и направился к столу. Сдернув скатерть я обнаружил старые записи. Почему они сохранились, если весь дом был новым, для меня осталось загадкой.

В начале весны, в дом пришли еще три путника. Я сочувствовал им, но в душе я был рад встретить живых людей. Они подумали, что я хозяин и попросились на ночлег. Я им стал объяснять, что я такой же гость, как и они. Я рассказал им свою историю. Они мне не поверили. Я не рассчитывал, что они мне поверят. Слишком нелепым был мой рассказ. На следующий день они ушли. Я жестоко пошутил, сказав им на прощание, что ужин в этом доме подают после заката. Они вернулись как раз к ужину. Они были озлоблены. Они решили, что это я вернул их неведомым способом.  Я показал им надписи на столе, объяснил их смысл. Сводил их на кладбище, показал могилу Матвея и других людей. В конце-концов они мне поверили. Но они не восприняли мои слова всерьез. Они думали, что смогут легко покинуть этот дом. Прошло несколько недель, в безрезультатных попытках побега. Новые гости дома поняли, что я говорил им правду. С приходом новых гостей атмосфера в доме ухудшилась. Я не сошелся характерами с этими людьми. Но и среди них не было согласия. Они постоянно ругались между собой. Я старался держаться от них в стороне. Вставал рано, пока они еще спали, ложился спать раньше их. Я стал больше проводить в лесу, окружающем дом.

Меня не покидала одна мысль. Если в доме появились новые жильцы, может дом отпустит меня. Я задумал совершить очередную попытку побега. Я понимал, что если и эта попытка провалится, она будет для меня последней. Я не смогу больше жить в этом доме. В один прекрасны день, когда на улице было тепло и солнечно, и теплый ветер дул в сторону моего родного дома, я собрал себе сумку с продуктами и двинулся в путь. Я ни с кем не прощался. Если я вернусь вечером, никто не обратит внимание на мое дневное отсутствие. Если же мне удастся сбежать из дома, то я не буду вспоминать о новых жильцах дома. Я шел широким шагом. Я был уверен в успехе моего побега. Мне очень хотелось вернуться домой и увидеть своих близких. Я стал насвистывать себе старую песенку. От этого мне стало лучше и я шел не останавливаясь весь день и всю ночь. К утру я вошел в свой родной поселок. Мои родные и друзья считали меня уже мертвым. Как они радовались моему возвращению. Но я радовался еще больше. Я радовался своим родным. Я радовался всему, что меня окружало, всему тому, чего мне так не хватала и о чем я столько скучал. Я вернулся к нормальной жизни. Ни в какие путешествия я больше не собирался. Я нашел себе работу в поселке. Больших денег за нее не платили, но она была рядом с домом. Это было главное для меня. Но все-таки во мне произошли какие-то изменения. Мне не чего-то хватало. Я стал задумчив и стремился к одиночеству.

Однажды, встав рано утром я пошел на новую работу. День намечался тяжелый, предстояло много дел. Возможно я о чем то задумался. Какие-то воспоминания  нахлынули на меня. Не знаю что случилось со мной, но когда я очнулся от забытья, передо мной было поле, на котором стоял дом, на первом этаже которого горел свет. На мгновение, в голове промелькнула мысль, что я рад этой встрече. Возможно мне не хватало этого дома.

Поделиться сказкой с друзьями:
Добавить комментарий
Читать сказку "Даниил Петров — Дом, в котором горел свет" на сайте РуСтих онлайн: лучшие народные сказки для детей и взрослых. Поучительные сказки для мальчиков и девочек для чтения в детском саду, школе или на ночь.